Отзывы

Эсмеральда: «К моменту знакомства с Димой я была, без преувеличений, на грани жизни и смерти»

12 мая, 2017 г.


Эсмеральда: «К моменту знакомства с Димой я была, без преувеличений, на грани жизни и смерти»

— Эсмеральда, расскажите, пожалуйста, как вы узнали о Диме? Когда впервые пришли на его лекцию?

— Это произошло на работе, по профессии я парикмахер. На тот момент я очень сильно болела, была, без преувеличений, на грани жизни и смерти. И в один из дней ко мне подошла моя коллега и говорит: «Эся, сходи на лекцию к одному хорошему товарищу». Я ей в ответ: «Какой товарищ? Какие лекции? Мне врачи хорошие нужны!». Тем не менее, я начала слушать Диму, что-то понимать для себя. А затем решила поприсутствовать на лекции лично, это было в апреле 2015 года.

— Чем вы были больны на тот момент?

— У меня был гипертиреоз щитовидной железы, который предлагали лечить хирургическим путем, но и после операции я бы до конца жизни была на гормонах.

Знаете, как я себя чувствовала, Кать? Как на американских горках. Эта болезнь влияет буквально на всё. У меня скакало давление, я то бодрствовала, то убийственно хотела спать, было постоянно угнетённое состояние. Я весила 90 килограммов, у меня клоками лезли волосы. Это был настоящий ад.

— Что изменилось после первой лекции, на которой вы побывали? 

В начале лекции Дима спросил, кто сегодня первый раз и хочет обсудить свою проблему, я сразу же подняла руку, и мне дали микрофон. На тот момент у меня всё было не гладко, но моей главной задачей было просто выжить. Поэтому я рассказала Диме о своей болезни. Он спросил, когда это началось, я вспомнила то время, 2010 год. Это было связано с моим сыном, сейчас ему 22 года, он тогда серьёзно заболел сахарным диабетом. Я попросила о помощи свою бывшую свекровь, на что она мне отказала. Дима начал тянуть за эту ниточку, он спросил меня: «А ты зачем вообще замуж выходила?». Я честно ответила: «Чтобы убежать от отношений с женатым мужчиной».  И мы начали это разбирать.

— Эся, скажите, а вам не было страшно так прямо и на большую аудиторию честно в этом признаться? Ведь нередко люди стесняются или — я сужу по себе — пытаются ответить Диме не так, как есть, а так, как «правильно».

— Не было страшно абсолютно. На мой взгляд, когда у тебя остро стоит вопрос и ты на грани жизни и смерти, вообще не до стеснения или какого-то кокетства с Димой. Мне кажется, чаще это — такое стеснение — бывает у молодых Диминых слушателей. Их проблемы пока не так масштабны, поэтому они не чувствуют страха и не осознают, что ценой может стать собственная жизнь.

— К чему вы пришли во время разбора ситуации с Димой?

— К тому, что брак мой был не по любви, что муж, с которым я прожила 11 лет, оказался действительно жертвой. Затем Дима спросил, какой именно помощи я попросила у свекрови, я ответила — пожить у неё, так как я моталась по съёмным квартирам, работала, ещё и сын заболел, боялась просто не справиться. Сначала она мне отказала, а потом согласилась, чтобы пожил только сын, а я могу приходить и уходить. Честно — я ненавидела её, но при этом продолжала ей улыбаться, общаться с ней. На что Дима мне сказал: «А за что она должна тебя любить? Уважать? Помогать тебе? Ты испортила жизнь её сыну». И я всё тогда поняла… Приехала после лекции к свекрови домой, упала на колени и за всё начала просить прощения: за сына, за то, что ненавидела её, осуждала, обижалась. Она тоже опустилась на колени, тоже просила прощения у меня. Где-то через три дня она отдала мне ключи со словами: «Живи с нами, больше не уезжай никуда!». Так я начала жить у неё, сын переехал ещё раньше, и стала выполнять свой долг — долг дочери. Как нас учит Дима: свекровь — это вторая мать, она никогда не бывает бывшей. И, разумеется, мой случай — не исключение.

— Получается, проблемы со здоровьем были напрямую связаны с отношениями со свекровью?

— Да, напрямую. Встала я перед ней на колени в апреле, а уже в июле я перестала пить гормоны. Через две недели после нашего разговора у меня начали расти волосы, к осени того же года я похудела в общей сложности на 17 килограммов, также у меня начало восстанавливаться зрение. Позже я сдавала анализы в независимой лаборатории, где мне сказали, что у меня нет никаких проблем с щитовидной железой.

— Что вы чувствовали в тот момент, когда вы начали так быстро и стремительно исцеляться? Не было ли сомнений, что дело в не в разговоре со свекровью, а в чём-то другом?

— Сомнений по этому поводу не было точно! Я чувствовала счастье, благодарность, радость, что я наконец-то нашла ключ к решению своей проблемы. Если глобально — сомнения, конечно, бывают. Дима это называет откатами, но даже это определённое развитие. Более того, не хочу вводить вас в заблуждение, что сейчас у меня всё безоблачно. До сих пор бывают сложности. У меня, например, очень проблемная спина — есть две межпозвоночные грыжи. 

— Вы понимаете, с чем это связано? 

— Да. Как только я начинаю умничать, осуждать, советовать, то мой организм мне сразу даёт об этом знать, в частности моя спина. Далеко ходить не надо. Когда мы начали жить со свекровью, я с утра вставала — и всё у меня было так, как будто мне, прошу прощения, под нос нагадили. Эти не так встали, те не так умылись, эти не тем позавтракали, хотя с виду я была такой положительной, всем улыбалась и была со всеми вежливой. А про себя при этом думала: «Господи, ну я же такая хорошая! Как ко мне можно плохо относиться?». И я за это, конечно же, получала. А первый показательный случай со спиной, с поясницей, случился со мной на работе. Если интересно — могу рассказать всё в подробностях.

— Очень интересно! Конечно, рассказывайте.

— В общем, на работе я своей коллеге говорю: «Господи, Наташа, ну что у тебя на башке? Что за цвет? Всё, я тебя сегодня покрашу!». Я её, конечно же, красить не стала, а оставила рецепт другому мастеру: что замешать, сколько держать, — и ухожу. У меня впереди два выходных. Оба эти дня я мучилась с такой адской болью в спине, что даже написала Диме, он мне так и сказал: «Где-то с кем-то поумничала». А я всё голову себе сломала — ну кому я надавала советов? В общем, на третий день, наглотавшись обезболивающих, иду на работу, захожу, а на ресепшене стоит она  — та моя коллега! Меня как молнией ударило: «Это же Наташа!». Я сразу же говорю ей: «Наташенька, прости меня, ради бога! Я ж тебя практически изнасиловала с этим цветом волос, ещё и поручения другим раздавала!». На что она мне: «Эсечка, ты что! Наоборот спасибо: такой цвет классный. И муж доволен, и я довольно, так красиво!». Катя, не поверите, но у меня через 20 минут прошли все боли. Моментально

— Но ведь очень часто вот это осуждение, поучение происходит непроизвольно. И даже если ты не говоришь об этом — в голове всё равно осуждаешь.

— Да, конечно. У меня так и есть до сих пор, но я себя одёргиваю, говорю себе: «Эся, заткнись! Тебе какое дело? Это такой же божий человек, как и ты, он сам разберётся со своей жизнью, а ты занимайся своей!». Ещё один случай вспомнила. Разговаривала недавно со своей сестрой, буквально четыре дня назад. Помимо того, что я ей сказала о своих чувствах, так ещё на неё наорала и поучила тому, как надо жить. Умная ведь самая, ну. И мне трындец наступил на целых четыре дня, и все эти дни я не могла вспомнить, кому я надавала советов. Осознание пришло на работе, и причём мне даже не пришлось просить прощения у неё, как только я поняла, какой была «умной», у меня сразу прошли все боли.

— Вы говорили про сахарный диабет у сына. У вас получилось как-то на это повлиять?

— Нет, не получилось, но это уже не моя проблема, а его. Ему самому надо будет её решать. Катя, я же его отправляла на тренинг! И я очень благодарна Диме за то, что он ему сказал на встрече, потому что мой сын стал другим человеком. Я в нём увидела взрослого мужчину. Он стал ответственным по отношению к учёбе, перевёлся на заочное отделение, чтобы устроиться на работу, стал полностью себя финансово обеспечивать. В общем, его ответственность стала проявляться во всех сферах жизни. Не могу сказать, что есть какие-то подвижки в здоровье, тем не менее, и тут он стал более серьёзным. Но в этом вопросе я на него не давлю — это его жизнь, и ему надо будет самому с этим всем разобраться.

— Не могу не спросить про бывшего мужа. Были ли у вас с ним какие-то разговоры? 

— Я очень долго не могла с ним поговорить, потому что он всячески избегал встречи со мной. Хоть мы после развода не переставали общаться, он поддерживал контакт с сыном, всячески помогал ему. Я часто пыталась назначить бывшему мужу встречу, на что он либо говорил, что я напридумывала какую-то ерунду себе, либо просто отнекивался. И однажды я ему накатала огромную смску, после чего звоню и спрашиваю: «Ты сейчас за рулем?», он говорит «Да», я отвечаю: «Останови, пожалуйста, машину, я тебе кое-что сейчас пришлю». Он, конечно, был в шоке, но в итоге прислушался ко мне. После чего я ему отправляю эту смс, где честно говорю о своих чувствах, прошу прощения, даже говорю о том, что вышла за него замуж, чтобы сбежать от других отношений, и про всё остальное, что накопилось за эти годы. Только через час он мне ответил, видимо, переваривал это всё. В основном говорил про сына. После этого наши отношения кардинально изменились, мы стали спокойно общаться, он начал чаще к нам приезжать в гости вместе со своей женой и ребёнком. В общем, отношения стали тёплыми и ровными, без каких-либо обид и недосказанностей.

— Эся, а если смотреть глобально на всё то, что вам дал Дима через лекции и тренинги, что самое главное вы извлекли?

Я поняла, что такое эгоизм. Эгоизм не в том, чтобы любить себя, желать себе счастья и всевозможных благ. Эгоизм — это умничать, осуждать, раздавать всем подряд советы. Как будто вокруг все одни дураки, и только ты один знаешь, как жить, — настолько раздуто твоё эго. Это, наверное, одно из самых главных осознаний и то, над чем мне ещё предстоит работать.

По этой ссылке опубликовано видео лекции, в которой Эсмеральда впервые рассказывает о своей проблеме.

Текст и фото Екатерина Майорова.


Комментарии

Комментарии для сайта Cackle

Подпишитесь

и будьте всегда в курсе последних новостей